Учение о психологии стареющего человека за последние десятилетия претерпело значительные изменения. Причина — более широкие клинические и социологические наблюдения, исследования практически здоровых людей в различные периоды их старения: пожилом (60—75 лет) и старческом (75 лет и старше) возрастах.
Адаптация к старению. Обычно морфологические и функциональные сдвиги при старении мозга происходят постепенно. Только накопление их с возрастом дает возможность выявить изменения психологических реакций. Как правило, они нарастают параллельно с органическими и функциональными сдвигами в центральной нервной системе, однако часто не совпадают с ними в степени выраженности.
Общеизвестно, что с возрастом уменьшается общее количество клеток головного мозга, их аксонов. Еще более тяжелым для стареющего человека является уплотнение сосудов головного мозга, ухудшающее процесс диффузии, обменные процессы в клетках мозга. Масса мозга по сравнению с периодом наступления половой зрелости постепенно снижается (к возрасту 90 лет на 20—25%). В старости происходит снижение скорости проведения импульсов, из-за чего наблюдается снижение быстроты произвольных движений, реакций.
Установлено, что в старости страдает сила, подвижность, уравновешенность нервной системы. Наиболее уязвимо корковое торможение. Изменение корково-подкор-ковых взаимоотношений проявляется в ослаблении тормозных влияний коры на деятельность подкорковых образований. В результате более трудная выработка условных рефлексов и их медленное угасание. Условные рефлексы — важнейшая приспособительная реакция организма. В связи с ослаблением, замедлением их образования организм уже не так совершенно адаптируется к среде. Многие проявления высшей нервной деятельности в старости становятся затяжными, застойными. Снижается аналитическая и синтетическая деятельность мозга.
Период жизни людей, переступивших возрастной пенсионный рубеж, далеко не всегда характеризуется успешной адаптацией. Плохое приспособление к новым условиям жизни вызывается в основном причинами психологическими. Общепризнано мнение, что адаптация человека в различные периоды его жизни определяется взаимодействием биологических, социальных и психологических факторов, воздействующих на него в этот период, а также в недалеком и отдаленном прошлом. История приспособления к жизни в молодом возрасте, по-видимому, в значительной мере предопределяет адаптацию в старости.
Лучше адаптируются к стрессам в старости люди, легко устанавливающие контакты с окружающими, те, у кого сложились хорошие отношения в семье и на работе, люди, которые прежде сталкивались с трудностями, встречающимися на их жизненном пути, но не дали им сломить себя. Адаптацию к старости надо рассматривать и с учетом высшей нервной деятельности человека в прошлом и настоящем.
В этом смысле весьма интересны наблюдения румынского геронтолога К. И. Пархона, сравнивающего динамику типа нервной системы у многих людей в молодости и при переходе их в пожилой и старческий возраст,
Для людей с сильным уравновешенным типом нервной системы в старости остается потребность быть занятым; осознаются изменения, вызванные старостью, и выражается протест против них: чувство одиночества сочетается со стремлением сохранять и создавать новые общественные связи.
У людей с сильным неуравновешенным типом нервной системы сохраняется потребность в труде, интерес к искусству, политике и др. Они нетерпимо относятся к своей старости и к новому положению, которое вынуждены занимать в семье и обществе с выходом на пенсию, часто вспыльчивы, легко теряют самообладание, что затрудняет общение, нередко они становятся одинокими, но, несмотря на снижение возможностей, стремятся (чаще всего импульсивными методами) во что бы то ни стало добиться поставленной цели.
У людей со слабым типом нервной системы при старении наблюдается ослабление как раздражительного, так и тормозного процесса (иногда особая слабость тормозного процесса). Потребность в работе почти отсутствует, отмечается быстрая утомляемость при самых незначительных усилиях. Круг интересов весьма узок и сводится в большинстве случаев к элементарным потребностям. Отсутствует самостоятельность. Такие старики, как правило, всегда беспокойны.
К. И. Пархон указывает, что престарелые обычно сохраняют тип нервной системы, которым они обладали в молодые годы, но со значительным снижением реактивности. Однако иногда тип центральной нервной системы переходит от сильного к слабому, что объясняется ее пластичностью.
Возрастная адаптация в старости осуществляется сугубо индивидуально. Можно только схематически представить шкалу, иллюстрирующую диапазон приспособительных возможностей в пожилом и старческом возрасте. Некоторые специалисты приводят такую общую схему:
1. Приспособительные возможности полностью нарушены, человек не способен обучаться новому, не может работать, в своем жизненном положении зависит от окружающих, нуждается в уходе.
2. Приспособительные возможности частично ограничены, уменьшается умственная работоспособность.
3. Способность к эффективному приспособлению сохраняется на прежнем уровне, несмотря на снижение психофизических возможностей.
4. Пожилые люди не обнаруживают снижения уровня производительности, поскольку требования не превышают их психических и биологических возможностей. Такой тип приспособления приводит к тому, что некоторые пожилые люди вообще не замечают негативных последствий старения.
5. Наблюдается компенсация сниженных возможностей за счет осознания старым человеком своих недостатков и своевременного использования адекватных профилактических мер (занятие физкультурой, изменение диеты, психофизиологический аутотренинг ит. п.).
6. Отмечается так называемая невротическая, или истерическая, гиперкомпенсация, проявляющаяся в способе жизни и во внешнем виде.
|
Главная 
